В то время как США и Израиль продолжают наносить авиаудары — в период, когда идет война, в Иране определился новый лидер. По информации, распространенной государственной прессой, 28 февраля был убит верховный лидер Али Хаменеи, и новым верховным лидером страны избран его сын Моджтаба Хаменеи.
Medianews.az сообщает, что по этому поводу в газете США «Нью-Йорк Таймс» опубликована статья под заголовком «Новый лидер Ирана: сын аятоллы Хаменеи — загадочная фигура».
В статье говорится, что избрание Моджтабы Хаменеи руководителем означает, что Тегеран не намерен уступать Израилю и США и сохранит существующий жесткий теократический курс.
Газета подчеркивает, что даже в самом Иране сведения о Моджтабе Хаменеи довольно ограничены: «Он долгие годы оставался в тени власти своего отца, но был известен как влиятельная фигура. Моджтаба Хаменеи играл важную роль в координации деятельности военных и разведывательных структур в офисе верховного лидера. Сообщается, что у него очень близкие отношения с Корпусом стражей исламской революции (СПЕПА) и он считается одним из наиболее поддерживаемых этим учреждением лиц».
В статье отмечается, что 56-летний Моджтаба Хаменеи обладает необходимым религиозным статусом — титулом аятоллы — для того, чтобы быть избранным верховным руководителем: «Он долгое время преподавал в шиитских религиозных школах. Тем не менее, информации о его личных взглядах и политической позиции мало. Моджтаба Хаменеи редко появляется на публике и практически не выступает. Сейчас же он является не только высшим религиозным и политическим лидером Ирана, но и верховным главнокомандующим вооруженных сил страны».
Эксперт по Ближнему Востоку Университета Джонса Хопкинса Вели Наср сказал «Нью-Йорк Таймс», что это избрание одновременно неожиданное и значимое решение.
По словам Вели Насра, избрание Моджтабы Хаменеи означает продолжение политической линии его отца, и его посчитали фигурой, которая по сравнению с другими кандидатами сможет быстрее укрепить власть. Наср отмечает, что хотя Моджтаба Хаменеи долгое время обсуждался как потенциальный наследник, в последние два года эта тема почти не вспоминалась.
«Нью-Йорк Таймс» пишет, что, по некоторым данным, Али Хаменеи в близком окружении говорил, что не хочет, чтобы его сын заменил его, объясняя это тем, что наследование высшего руководства как династической власти было бы неправильно: «Ведь исламская революция 1979 года свергла монархию с лозунгом покончить с наследственной властью».
Однако избрание Моджтабы Хаменеи верховным руководителем показывает, что власть в стране — высшие религиозные деятели, СПЕПА и влиятельные политики — в условиях войны и кризиса тесно объединились и приняли это решение. Среди этих кругов секретарь Высшего национального совета безопасности Али Лариджани также является ключевой фигурой.
Лариджани, известный как прагматичный политик, сейчас играет ведущую роль в управлении страной и считается давним союзником и другом Моджтабы Хаменеи. Оба имеют значительное влияние и внутри вооруженных сил Ирана.
СПЕПА изначально был создан как идеологическая военная структура для защиты Исламской республики и ее границ. Этот орган задумывался как дополнительное звено безопасности против возможного военного переворота или раскола в армии и со временем превратился в один из самых мощных политических, военных и экономических институтов Ирана.
В настоящее время СПЕПА в основном управляет ракетными и беспилотными ударами Ирана по Израилю, странам Персидского залива и базам США в регионе. Этот процесс продолжается на фоне широкомасштабных авиаударов США и Израиля по территории Ирана.
Моджтаба Хаменеи был избран верховным руководителем Советом экспертов, состоящим из 88 членов. Этот орган состоит из высокопоставленных шиитских религиозных деятелей и согласно Конституции Ирана обладает полномочиями по выбору верховного руководителя.
Интересно, что в день обсуждения в Совете кандидатуры нового лидера Израиль нанес удар по зданию в городе Кум — одном из главных религиозных центров шиитского мира. Традиционно заседания Совета экспертов проходят в этом здании. Однако, по данным агентства «Фарс», здание было пустым, и по соображениям безопасности религиозные деятели провели заседание в онлайн-формате.
Во время обсуждений большинство религиозных деятелей в Совете поддержали кандидатуру Моджтабы Хаменеи, считая, что при нынешнем положении Ирана именно он обладает необходимым опытом и возможностями для управления страной. Некоторые священнослужители расценили избрание сына убитого аятоллы как дань уважения его политическому наследию со стороны США и Израиля.
Аналитик из Тегерана Мехди Рахмати заявил «Нью-Йорк Таймс», что в нынешних условиях избрание Моджтабы Хаменеи — наиболее разумный вариант: «Потому что он прекрасно знает все механизмы безопасности и управления военными структурами. По сути, он уже контролировал большую часть этих процессов».
Вместе с тем Рахмати отметил, что это решение может вызывать новое напряжение в иранском обществе. По его словам, значительная часть населения выступает против модели управления исламской республики, и наследование руководства внутри семьи может вызвать серьёзное недовольство: «Определённая часть общества отнесется к этому решению резко и негативно. Это может вызвать обратный эффект».
«Нью-Йорк Таймс» пишет, что аятолла Али Хаменеи был фигурой, которая имела последнее слово по всем основным государственным решениям в Иране: «Он занимал жесткую позицию против внутренних реформ и не шел на серьезные уступки в ядерных переговорах с США».
В январе этого года жесткое подавление массовых протестных акций по всей стране также было осуществлено по его указанию. По данным правозащитных организаций, силы безопасности убили при разгоне этих акций не менее 7 тысяч человек.
Согласно информации иранского правительства, после начала войны семья Моджтабы Хаменеи также понесла серьезные потери в результате ударов США и Израиля. В атаках погибли его жена Захра Адиль, мать Мансуре Ходжаста Багерзаде и один из сыновей.
Другими основными кандидатами на пост верховного лидера были религиозный деятель и юрист Алиреза Арафи, а также внук основателя исламской революции аятоллы Рухоллы Хомейни — Сейид Хасан Хомейни.
Арафи был одним из членов трехчленного временного руководящего совета, созданного после убийства аятоллы Хаменеи. И Арафи, и Хомейни считаются более умеренными фигурами. Особенно Хомейни известен своей близостью к ущемленному реформаторскому политическому лагерю Ирана.
Некоторые аналитики полагают, что Моджтаба Хаменеи в отличие от своего отца может быть склонен к определенным реформам. По их мнению, он представляет более молодое и прагматичное поколение духовенства и по происхождению может меньше сталкиваться с сопротивлением со стороны сторонников жесткой линии.
Политик, близкий к Моджтабе Хаменеи, Абдулреза Давари, говорит, что он может начать изменения, похожие на курс модернизации, проводимый фактическим лидером Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом.
По мнению Давари, Моджтаба Хаменеи — один из немногих, кто может пойти на шаги по снижению напряженности в отношениях с США: «Если кто и может действовать в этом направлении, так это он. Если подобный шаг предпримет другой лидер, он может столкнуться с серьезным сопротивлением со стороны властной элиты и консервативных сил».
Как Вашингтон отнесется к приходу Моджтабы Хаменеи к власти, пока не ясно.
Президент США Дональд Трамп на пресс-конференции в Вашингтоне заявил, что с начала войны многие из лиц, которых администрация США считала возможными лидерами Ирана, были убиты: «Скоро так случится, что мы вообще никого не будем знать».
На вопрос о том, какой может быть худший сценарий в отношении Ирана, Трамп ответил: «Худший вариант — это если мы сделаем все это, а в итоге к власти придет кто-то, не отличающийся от прежних. Такое может случиться. Но мы этого не хотим».